agantis (agantis) wrote,
agantis
agantis

Стрельба по космосу

Самой известной (по иронии судьбы) фразой Зиновьева оказалась: «Целились в коммунизм, а попали в Россию!». Говорят, качество стрельбы определяется не столько по попаданию «в яблочко», сколько по кучности: видя, с какой силой и жестокостью антисоветчики расправлялись со всем необходимым для жизни народа – государством, экономикой, социальной сферой, идеями, нравственностью, - начинаешь подозревать, что целились не дураки, и что попали стрелявшие точно туда, куда и хотели.
С этой точки зрения по-другому видится и вся ситуация с отечественным космосом. Понятно, что с этой темой связано много очевидных достижений СССР. Такие люди, как Юрий Гагарин и Сергей Королёв стали символами советского строя и советской же идеологии. Мечты о космосе были важной частью советской культуры с самого её зарождения. В этом смысле ясно, что борьба со всем «космическим» весьма и весьма привлекательна для антисоветчика.
Однако, то остервенение и узколобость, с какой некоторые «сограждане» ведут таковую борьбу – с одной стороны; а с другой - то, какое место тема космоса занимает во всей человеческой культуре, заставляет вновь обратиться к фразе в начале статьи. Так уж только по коммунизму и СССР бьют? Не идёт ли война с чем-то большим?
Давайте же вкратце разберём, что такое космос и с чем он исторически связан.


Ещё с ранней древнегреческой философии (начиная с какого-нибудь Фалеса) люди обращались к космосу для познания мира и самих себя. Движения небесных тел, астрономические законы трансформировались в законы всеобщие, универсальные. Собственно, сам термин «космос» в его философском смысле – как упорядоченное, гармоничное целое – в этот период и появился.
Идея о том, что гармония человеческой души и гармония вселенной в чём-то схожи (и попытки выразить это, например, через музыку) перешла из античности в средневековье, а затем и в Новое время.
Вся эта линия возвеличивает человека, вписывает его в мир, определяет стремление к гармонии со вселенной. Человек не «отрывается» от космоса и не может, замкнувшись на себе в современном приземлённом (потребительском) смысле, «обмельчать».

Эпоха Возрождения приносит идею человека как выражения макрокосма. Он, обладающий разумом и безграничной способностью творить, вообще ставится в центр вселенной.



В то же время, новые открытия в сфере космоса дали начало двум противоположным направлениям в философии и культуре.

Первое определялось т.н. принципом заурядности (принципом Коперника): Земля оказалась не центром вселенной, а одной из множества планет, вращающейся вокруг одной из множества звёзд в одной из множества вселенных. Человек стал ощущать себя маленьким и незначительным перед лицом мира. В целом, это направление более характерно для запада, с его извечной боязнью: смерти, человека (и его «злой натуры»), Бога (сначала его осуждения, затем – в протестантизме – его отдалённости от людей); а также с тенденцией к неверию в человека: будь то убеждённость во всё той же его злой природе (на чём строился капитализм с его законами и институтами, сковывающими людей и играющими на их «борьбе» друг с другом), или же протестантское уничижение личности, или же превращение человека в винтик большой экономической машины (на что указывал Маркс своей концепцией отчуждения, и что поддерживали мыслители XX века).
Протестантский теолог и философ Пауль Тиллих, например, так описывает эту проблему: «Коперник и Галилей вытолкнули Землю из центра мира. Земля стала маленькой, и, несмотря на то, что Джордано Бруно в состоянии «героического эффекта» ринулся в бесконечность Вселенной, ощущение потерянности в океане космических тел с их незыблемыми законами движения прокралось в сердца многих людей. Мужество Нового времени было не просто оптимизмом. Оно было призвано принять в себя глубокую тревогу небытия внутри Вселенной, лишенной границ и понятного человеку смысла. Можно было мужественно принять эту тревогу, но устранить ее было невозможно; она возникала всякий раз, когда мужество ослабевало»


Конечно, не все на западе придерживались этих взглядов. Но всё-таки противоположное направление мысли тесно связано в первую очередь с Россией. В его рамках возникали разнообразные идеи, но их объединял взгляд на вселенную не как на довлеющую над маленьким человеком мощь, а как на «непаханое поле» для всемогущего человека.

Эта идея отразилась в русском космизме. Ключевая его идея – объединение человечества, переход его на другой качественный уровень и выходом на глобальные, вселенского масштаба задачи.

Николай Фёдоров с его философией «общего дела» верил в победу объединённого человечества над смертью через «воскрешение отцов». Конечно, воскрешённым уже было мало одной Земли – они должны были расселиться по другим планетам. Существует мнение, что Константин Циолковский, знакомый с Фёдоровым лично и сам являющийся известным представителем космизма, вёл свою научную работу именно ради этой цели.

Учение о ноосфере Владимира Вернадского говорит о переходе от в большей степени хаотичного совершенствования биосферу к созданию сферы разума – посредством целенаправленного изменения человечеством всего мира под свои нужды.




Совсем рядом идут другие течения: разномастные авторы, верящие в познавательную и преобразующую силу человеческого разума, предвкушающие грядущие достижения человечества и покорение им вселенной. Характерна тут научная фантастика, рисующая конкретные планы освоения космоса: здесь и «С земли на Луну» Жюля Верна, и «Первые люди на Луне» Герберта Уэллса.

В космосе размещаются многие утопии: например, Богданов, коммунист и богостроитель (сторонник идеи развития человеческого коллектива до такого качества, когда ему откроются возможности, равные Божественным) излагает свои идеи в романе «Красная звезда», описывающем коммунизм, построенный на Марсе.
Или же идёт критика настоящего и аллюзия на будущие земные события: роман Алексея Толстого «Аэлита», где рассказывается о революции угнетённого населения на Марсе; книги Роберта Шекли и пр., и пр.


Здесь космос предстаёт как образ будущего, грядущих свершений человечества, его новых невообразимых возможностей.
С этой точки зрения неудивительно, что коммунистические идеи так плотно связаны с космосом. Хотя богостроители и русские космисты так и не были включены в массовую идеологию, но образ космоса занимал важное место в культуре на всём протяжении существования СССР: по вышеупомянутому роману «Аэлита» фильм ещё в 1924 году был снят (немой) фильм, который стал известен даже за границей (и, похоже, является первым фильмом о космическом полёте; хотя зачастую вспоминают вышедший 5 годами позже немецкий фильм «Женщина на Луне» - от которого, кстати, пошёл обратный отсчёт при запуске ракет), в 1936 году выходит фильм «Космический рейс», консультантом при создании которого выступал сам Циолковский; ещё в 1935 году начал совмещать кино с научной фантастикой Павел Клушанцев (которого Джордж Лукас называл «крёстным отцом Звёздных Войн»). Советская фантастическая литература на тему космоса – тема вообще необъятная.
Космос проник даже в художественное искусство. Это связано, в частности, с первым человеком, вышедшим в открытый космос – Алексеем Леоновым – и его другом Андреем Соколовым – их картины выражали уже не просто мечты, а реальность, открывавшуюся глазам космонавтов.







Короче говоря, тема космоса совсем не сводится к «воспеванию конкретных достижений советской пропагандой» - она так или иначе сопутствовала человечеству на протяжении почти всей его истории, задавая  человеку его место в мире и его (человечества в целом) глобальные перспективы, неразрывно связанная со смыслом всего существования.

Весьма характерны и нападки на космос: это и противопоставление его комфорту (рассуждения в стиле «Зачем развивать непонятный космос, если можно на эти деньги купить каждому чистый унитаз») – что является классической формулой борьбы с идеалами (от продажи Родину за варенье и печенье и вплоть до концепции «Великого инквизитора» Достоевского [странной любовью любимого некоторыми антисоветчиками] с идеей кормления народа и разрешения ему некоторого радостного распутства в обмен на его порабощение); и причитание про жертвы (типа «до Гагарина было 10 погибших космонавтов») – чувствуется дух высказываний в стиле «Если бы не воевали с фашистами – никто бы не погиб, а все пили бы баварское пиво»; и банальное опошление темы (рассуждения про то, что Гагарин недооблетел Землю - или гуляющее по интернету высказывание Немоцва: «За триста метров до стартовой площадки автобус останавливается, и последний раз на земле космонавты хотят они этого или нет, должны сходить по нужде. С мужиками все понятно, они как-то умудряются это сделать, но даже если женщина летит в космос, она тоже должна это сделать. Если этого не происходит, ракета в космос не полетит»); и даже привязка темы к фашистам (миф про первого нацистского космонавта).




Япония переняла многое у СССР в плане мотивации. Теперь японцы (видно, не зная «очевидных истин» нашей либеральной общественности) рвутся в космос: в последние годы их агентство аэрокосмических исследований заявило и про базу на Луне, и про космический лифт, и про много чего ещё. В стране снимают (или рисуют – при тамошней популярности анимации) истории про обычного, не самого удачливого японца, расстающегося со своей обычной жизнью и идущего к своей мечте – космосу (например, идущий сейчас мультсериал Uchuu Kyoudai).





Человека тянут наверх только идеи и идеалы. Только они создают образ будущего. Только они придают смысл жизни даже обычного человека. Только при их наличии может быть осуществлено что-то масштабное и трудное. Только через них возможно развитие народа и страны. И потому удары по идеям и идеалам – наносят тяжёлую травму в первую очередь не власти, не властной системе, а народу и стране вообще. И космос, столь крепко связанный с идеальным – в особенности у нас в стране – это цель, атаковать которую могут только люди, метящие в Россию.

Tags: 12 апреля, СССР, идеалы, коммунизм, космос, культура, либералы, мифы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments